E-Mail Русский | English
Онлайн путеводители для активного путешественника. Фото, видео, отели, рассказы, отзывы.
  •     
  • Рассказы
  •     
  • Всепоглощающее участие (хаотические заметки странника)
  • Всепоглощающее участие (хаотические заметки странника)

     Когда Юлия, для иностранцев Джулия, представлялась в Сирии мужчинам, то четверо из пяти неизменно, вспоминали некую Юлию Бодрус. Впоследствии выяснилось, что Бодрус известная в арабском мире певица, привлекающая мужчин не только, а может быть не столько пением, сколь своей внешностью и подачей. Справедливости ради стоит отметить, что моей спутнице последних двух качеств не занимать, но речь сейчас идёт не о её способностях влияния на мужчин, а о нашей совместной поездке, в которой мне уделялась роль второго плана - немногословного мудири*, а ей знатоку арабского и английского – главная скрипка, гида и переводчика. Поздней ночью первого весеннего месяца самолёт, шаркнув шасси по бетону, скрывающему землю Сирии, замер в опутывающем холоде. Сонный арабский говор известил о начале нашего двухнедельного пребывания в Арабской Республике Сирия. Программу спланировали трудную, насыщенную, но за то охватывающую все уголки страны, все её климатические и исторические территории. Дамаск, его историко-религиозные окрестности: Седнайя, Маалюля, Изра, затем южная Босра с самым большим на Востоке амфитеатром. Порой складывалось ощущение, что путеводителем по Сирии является Библия. В Дамаске, точнее над ним на склоне горы, видной отовсюду, находится пещера, в которой Каин убил Авеля. В Хомсе хранится пояс святой Девы Марии, в Седнайе старейший христианский храм с плачущими иконами, а в Маалюле захоронена святая Фёкла, и после смерти исцеляющая людей. Под Алеппо - церковь Симеона Столпника, после сидения на столбе в которой, и началось столпничество. После Дамаска нас ждала столица царицы Зенобии – Пальмира, и дальше на восток к иракской границе в долину Евфрата, туда, где в период до нашей эры находились владения Хамурапи, в Ассирию. Дэйр эз-Зоур, город мало примечательный, но единственный транспортный узел к древним городам Мари, Дура Еуропос, другим. Бродя по ним, точнее по раскопанным улицам, останкам церквей, мечетей и синагог, ходишь буквально по истории – разбитые глиняные куски, датированные II тысячелетием до н.э. разбросаны повсюду. Их никто не убирает, не пытается собрать. Раскопки проходят изредка, туристов здесь мало, лишь ветер гоняет песок среди заботливо отрытых стен, вновь засыпая их. Дальше путь лежит через Ракку, примечательную Багдадскими воротами, во второй по величине город Сирии – Алеппо. Местные называют его Халеп. Первое чем поражает, удивляет, раздражает (у каждого сложится собственное мнение) Алеппо, большим количеством женщин в парандже (арабы говорят "баранджа") и никабах. Первый тип одежды известен многим по фильму "Белое солнце пустыни", помните фразу "Гюльчатай, открой личико". Второй тип – никаб, отличается от паранджи немногим: в зависимости от приверженности к мусульманской вере и разрешению мужа, позволяет увидеть посторонним от глаз до лба и носа "модницы". Впрочем, и в этом случае не стоит заглядываться на женщин, в стране преследуется повышенное внимание к женщинам со стороны мужчин. Из Алеппо через горы, скрывающие десятки замков крестоносцев, шедших в крестовый поход за освобождением гроба Господня, неожиданно выскакиваешь к Средиземному морю в Латакию. В Латакию стоит попасть ради Угарита, места, в котором был найден первый алфавит, и залива Минет Байда. Название последнего, как и красота, несколько шокирует. Самый южный курорт страны – Тартус, известен и самым древним стадионом. Он старше греческого, находящегося в Олимпии. История не терпит сослагательного наклонения, но возможно Олимпийские игры назывались бы сейчас Тартускими. Вокруг Тартуса также много старинных замков, некоторые, как Крак де Шевалье сохранились великолепно. Вокруг замка множество отелей (арабы говорят "фундук") и шале (комнаты на сдачу), заполняемых в сезон до отказа. Ближе к Дамаску стоит Хама, город вероятно самый принципиальный, в смысле ношения одежды и соблюдения мусульманских традиций. Женщин в парандже и никабах, крайне много. На европеек с открытыми руками, не говоря о плечах, смотрят с укором. В Хаме стоит посмотреть на большие деревянные колёса, поднимающие воду из реки на виадуки. Необычно и зрелищно. О музыке. Джулия Бодрус, упомянутая вначале, сладкоголосая Элисса и откровенная, слегка вульгарная для арабов, но этим и привлекательная Хайфа, лишь верхушка айсберга – современной арабской музыки. Европейской музыки практически неслышно - тотальные арабские песни, делящиеся на старинные, религиозные и песни о хабиби**. Не скрою, немало мелодий запали в душу и в дальнейшем перекочевали в личную фонотеку, хотя встречались такие заунывные треки без начала и конца, что хотелось дать водителю "DJ Мохаммеду" по голове. Пиратские копии альбомов арабских и "заморских" для Сирии певцов предлагаются повсеместно на CD-R по 35 лир (примерно 27 рублей). Компьютерные игры и программы на 10 лир дороже, почти доллар. О женщинах. О странностях определенного слоя населения скрывать свои лица от всех кроме семьи и мужа, говорилось ранее. Непонятно лишь как они фотографируются на паспорт и как этот паспорт, потом идентифицируют с владелицей. Муж носящей паранджу или никаб жены может и убить (это не шутка) увидевшего лицо его жены или члена семьи, а снявший насильно ткань получит букет неприятностей вплоть до запрета въезда в страны арабского мира. В автобусе женщина в парандже рядом с вами не сядет, вас не коснется, а вам лучше её не трогать. Руки у них в перчатках, а на ногах порой бывают шлёпки, но даже щиколотки вы не увидите. Гораздо приятнее смотреть не на ходящие чёрные коконы, а на сириек в аккуратно завязанных всевозможных расцветок платках. Буйству рисунков и оттенков под стать и количество способов завязывания платков, обрамляющих иконы порой молочных лиц с чёрными маслинами глаз. О пляжах. С отдыхом на песке у моря в Сирии туговато. Есть отели, есть песчаные и галечные пляжи, но культуры отдыха, аналогично турецкой Антальи здесь нет. Государство начало вкладывать деньги в развитие пляжного туризма, но лет пять, пожалуй, придётся подождать. Вероятно, это отпечаток мусульманской веры, запрещающей женщинам открывать прилюдно части своего тела. О еде. Русский вряд ли будет испытывать трудности с питанием. Шаверма, шашлык, кебаб, всевозможные лепёшки давно вошли в нашу повседневную еду. Проблема в том, что после Сирии не знаешь, когда прикоснёшься к тому, что у нас продают под этим названием. По приезду в страну сразу посетите (натощак) один из караван сараев, например, Баб Аль хара в старом Дамаске, и попробуйте несколько блюд – табуле, хуммус, бабагануш... А фрукты?! Лимоны, апельсины, мандарины, инжир, финики, орехи (миндаль, грецкие, фундук), оливки... Во-первых, всё это растет рядом с вами, во-вторых, выбор такой, что только попробовав уже насыщаешься. Не зря под Дамаском построен занесенный в книгу рекордов Гиннеса ресторан, одновременно принимающий 6.014 человек. О рынках. В каждом большом городе есть большой рынок. Платки, шали, оливковое мыло, изделия из серебра и золота, наборы для игры в нарды, всевозможные подставки, предметы домашней утвари с замысловатыми восточными орнаментами, платья... Свадебное платье, расшитое бижутерией стоит от 2.000 лир (около 1.500 рублей). Здесь его подгонят по размеру или дополнительно украсят. Получается, чем покупать дорогое платье в Москве на один день, лучше на те же деньги слетать в Дамаск на пару дней, погулять и купить то, в котором у нас никого не встретишь. А видели бы вы глаза женщин, попавших в рыночные ряды!!! Остаётся только торговаться, торговаться нещадно. О людях. Везде, абсолютно везде, сталкиваешься с всепоглощающим участием. Сирийцы бескорыстно пытаются помочь, при этом, не одолевая предложениями о покупке того или иного. Стоя в недоумении перед вывеской написанной арабской вязью к вам непременно подойдут и на английском, а порой и русском попробуют подсказать, пусть не всегда и успешно. О предложениях присесть выпить чай, кофе или вдохнуть дым кальяна и говорить не приходится. В деревнях бывает трудно отказаться от приглашения к столу. Сии заметки написаны в самолёте, летящем на Родину. Их хаотичность, некая непоследовательность, следствие всплывающих воспоминаний опережающих одно другое. Желание поделиться увиденным опережает язык и тем более пальцы, что так не свойственно спокойным сирийцам, попивающим сейчас кофе или чай, попыхивая кальян на маленьких стульчиках перед своими магазинчиками или у подъезда домов поглядывая на прохожих неизменно бормоча "мархаба", что значит здравствуй. Уверен, что вы также когда-то произнесёте мархаба, придя на древнюю землю Сирии до сих пор не раскрывшую все свои тайны и богатства, но распавнувшую свою душу. * - по-арабски начальник. ** - по-арабски – любимая, любимый Кратко. Столица – Дамаск. Время опережает московское на час. Национальная валюта – сирийская лира уже несколько лет оценивается по курсу 1$ = 47,5 SR. Основной язык – арабский, распространён английский, в меньшей степени французский. Достаточно часто встречаются люди знающие в той или иной степени русский – обучение в СССР в период активной дружбы стран.

    Андрей Черкасов

    08.04.2009 19:27

    Посмотреть все рассказы этого автора


    Rambler's Top100 RBK Money
    test